Облизнув губы после поцелуя, он попытался обхватить Бэка руками, но Отступник больно ухватил его за запястья, снова принуждая к стону, развёл его руки в стороны и опустился на колени перед учёным. Бросив взгляд наверх, он подхватил губами член программы и вызывающе втянул щёки, наблюдая за реакцией, которая не заставила себя ждать. Код Келлер, непривычного к этому телу, отреагировал помимо воли владельца, и учёный с надсадным стоном толкнулся в рот Бэка, неконтролируемо пытаясь осуществить зов программирования и одновременно – не хвататься за мучителя, не позволяющего прикасаться к нему.

Бэк подхватил его бёдра и раздвинул шире, Келлер, весь дрожа от слабости, послушно расставил ноги и только заскулил, когда Бэк ухватил губами яички, приподнял их ладонью и, сжав в пальцах, начал перекатывать ритмичными, сильными движениями. Келлер ухватился за стену. Бэк, ухмыльнувшись, смочил пальцы слюной и провёл ими между ягодиц учёного.

Был или нет Келлер теперь мужчиной во всём, становилось неважным от одного простого факта: секса он хотел как женщина, по-прежнему, и, похоже, давно им пренебрегал. Поднявшись на ноги, Бэк ухватил свою жертву под горло и довольно улыбнулся: Келлер послушно обхватил его ногами и замер, сглатывая под его ладонью. Удерживая его на весу руками, вдавливая спиной в стену, Бэк начал входить, размеренными толчками растягивая его прямо в процессе. Учёному, конечно, было больно. Но он ограничивался стонами, теперь совсем несдержанными, и таким жаждущим выражением лица, что Бэк, не удержавшись, толкнулся резче.

Как только секс стал более диким и жарким, Келлер обхватил повстанца за плечи и повис на нём, поскуливая от удовольствия. Бэк двигался жёстко, часто, поршнем выбивая из учёного усталость, страх и это упрямое неумелое непокорство, так и требующее, чтобы его укротили.