В этот раз все было точно так же. Шерлок поднялся, потянулся и поплелся в ванную. Однако дошел только до двери спальни, когда мозг подкинул ему проблему — отсутствие Джона. За последние полгода Шерлок настолько привык быть рядом с Джоном, что порой ему казалось, будто он попал в аномальную зону. Ведь он точно знал, что чувствовать человека нереально — ни одна наука не доказала эту возможность. Но он же чувствовал. Шерлок точно знал, когда Джон был расстроен или сердит. И когда счастлив тоже. Или просто... был.

А теперь Шерлок чувствовал, что Джона нет. Ладно, даже отбросив в сторону глупости вроде ощущений, он мог наверняка сказать, что произошло какое-то из ряда вон выходящее событие. Джона не было в квартире — чуткий слух Шерлока не уловил ни единого звука. При этом Джон не мог уйти — ящик его комода с одеждой был открыт ровно на дюйм, как и накануне ночью, когда Шерлок ложился спать.

Медленно развернувшись и окинув комнату взглядом, он понял, что все даже хуже, чем показалось поначалу. Джон никогда никуда не ушел бы без телефона — ведь ему могут звонить его ненаглядные пациенты! Но сейчас — Шерлок знал наверняка — телефон благополучно лежал под подушкой: она была помятой, хотя Джон перед уходом всегда ее взбивал.

Как будто Джон просто вышел в туалет.

И Шерлок едва не поддался странному порыву поверить в эту наиглупейшую надежду, но все же решил проверить. Он быстро спустился по лестнице и дернул нужную дверь, чуть ли не молясь, чтобы она была закрыта. Но она поддалась так легко, что Шерлок едва успел отдернуть пальцы — ручка с громким стуком врезалась в стену.

Внутри было темно.

Шерлок внезапно почувствовал, как его накрывает паникой, как виски сжимает болью, как перехватывает дыхание. Он знал эти симптомы и ненавидел их больше всего на свете. Панических атак у него не было со школы. И сейчас (чертов Джон, который так сильно его к себе привязал) Шерлок чувствовал себя двенадцатилетним мальчишкой. Только рядом не было ни мамы, ни брата. Справляться надо было самому.

Шерлок несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, сжал пальцами виски и крепко зажмурился.