Постканон, взрослый Пашка, раздолбайство осталось, но стал молодым-перспективным специалистом по чему угодно в космобиологии, не важно (вообще хотелось бы как можно меньше раскручиваний булычёвской вселенной, без большого кол-ва новопридуманных существ/планет/устройств, фик не об этом), встречает где-нибудь на космодроме (стыковочный рейс, соседний столик в кафешке или что у них там) Дикаря, который, ясное дело, уже не Дикарь - новое имя, новая жизнь, занимается себе тихонько какими-нибудь космическими червяками, ездит на конференции, в научные экспедиции. Загорелый, седой, морщинки в уголках глаз, но искры прошлой жизни в них периодически вспыхивают. Пашка его узнаёт, но снова, как в детстве, подпадает под дикарское обаяние. Дикарь насмешлив и спокоен, Пашка опять следует за ним хвостом, но уже по-взрослому - посылает приглашения на конференции, в оргкомитете которых он состоит и т.д. Хёрт-комфорт, без флаффа, без явного ХЭ, но с надеждой))

Постканон, взрослый Пашка, раздолбайство осталось, но стал молодым-перспективным специалистом по чему угодно в космобиологии, не важно (вообще хотелось бы как можно меньше раскручиваний булычёвской вселенной, без большого кол-ва новопридуманных существ/планет/устройств, фик не об этом), встречает где-нибудь на космодроме (стыковочный рейс, соседний столик в кафешке или что у них там) Дикаря, который, ясное дело, уже не Дикарь - новое имя, новая жизнь, занимается себе тихонько какими-нибудь космическими червяками, ездит на конференции, в научные экспедиции. Загорелый, седой, морщинки в уголках глаз, но искры прошлой жизни в них периодически вспыхивают. Пашка его узнаёт, но снова, как в детстве, подпадает под дикарское обаяние. Дикарь насмешлив и спокоен, Пашка опять следует за ним хвостом, но уже по-взрослому - посылает приглашения на конференции, в оргкомитете которых он состоит и т.д. Хёрт-комфорт, без флаффа, без явного ХЭ, но с надеждой))